МБХ медиа
Сейчас читаете:
«Их цель — спихнуть с себя все преступления». В Сандармохе прошел День памяти жертв Большого террора — без Юрия Дмитриева

«Я верю, что в следующем году Юрий Алексеевич Дмитриев обязательно будет здесь с нами», — такими словами завершалось почти каждое выступление в Сандармохе ровно год назад, 5 августа 2017 года, в День памяти жертв Большого террора 1937—1938 годов. Призрачная надежда сменилась уверенностью весной 2018 года, когда историка частично оправдали по уголовному делу и дали лишь формальное наказание — ограничение свободы передвижения. В июне, когда историка арестовали по новому обвинению, стало ясно, что Дмитриев не только не сможет быть на Дне памяти, но под угрозой его свобода и дальнейшая судьба Сандармоха.

Корреспондент «МБХ медиа» Анна Ревоненко побывала в Карелии — на днях памяти в урочищах Красный Бор и Сандармох, где во второй раз за последние двадцать лет не было историка Юрия Дмитриева.

«Они сегодня приветствуют нас»

«К сожалению, в этот раз все пройдет без звукоусиливающей аппаратуры. Местные власти не смогли выделить микрофоны и колонки, — поделился новостями перед отъездом в Сандармох Анатолий Разумов, руководитель Центра „Возвращенные имена“ Российской национальной библиотеки. — Будем как-то справляться — будем говорить громче, встанем потеснее».

Сказанное Разумовым удивления ни у кого не вызвало — последние несколько лет районные и республиканские власти игнорируют памятные мероприятия в Сандармохе. Сперва они отказались выделять автобусы из Петрозаводска для желающих посетить мемориальное кладбище в День памяти, потом отказались от участия в памятных мероприятиях, а теперь еще и не стали выделять микрофоны и колонки. В Сандармох местные чиновники могут заехать разве что 30 октября — в День памяти жертв политических репрессий — статус всероссийского дня памяти и скорби обязывает быть и говорить нужные слова. Правда, в прошлом году и это мероприятие не прошло гладко — депутат Госдумы от республики Карелия Валентина Пивненко, выступавшая на мероприятии в Красном бору, попросила прощения не только у жертв террора, но и у тех, кто «вынужден был исполнять те приговоры».

На узкой дороге, ведущей от трассы «Медвежьегорск — Вологда» до урочища, к полудню собралось шесть больших автобуса и около десятка машин. Спустя несколько минут все приехавшие уже шли вслед за крестным ходом к часовне Георгия Победоносца, установленной возле мемориального кладбища. Над нестройной колонной из нескольких сотен гостей Сандрамоха до самого конца пути порхал с десяток бабочек-крапивницы, время от времени расправлявших крылья на головах, плечах и сумках прохожих.

«Я впервые такое вижу — обычно тут, в лесу, комары или осы, а сегодня — стая бабочек. И они такие смелые, не боятся людей, — по пути делится со мной Катерина Клодт, старшая дочь Юрия Дмитриева. — Это души тех, кто здесь лежит. Они сегодня так приветствуют нас».

Крестный ход в Сандармохе. Фото: Анна Ревоненко / МБХ медиа

Гранитный памятник с надписью «Люди, не убивайте друг друга!» встречает гостей у входа на кладбище. Барельеф с изображением ангела, закрывающего крыльями жертв террора, обвалился 12 лет назад. Как и в прошлые годы, неприглядный скол на камне прикрывают большие траурные венки.

Вопрос о восстановлении барельефа и обустройства территории Сандармоха поднимался в Карелии двумя дням ранее — на выездном заседании Межведомственной рабочей группы Совета по правам человека при президенте России 2 и 3 августа. По оценкам министерства культуры республики, на реставрацию барельефа понадобится 2,5 миллиона рублей, но таких денег у регионального правительства нет. Глава СПЧ Михаил Федотов предложил карельскому Минкульту подать заявку в Фонд увековечивания памяти жертв политических репрессий и выразил уверенность в том, что республиканские власти не обойдут вниманием мероприятия в Красном Бору и Сандармохе, но ошибся — в Сандармох не приехал ни один официальный представитель российских властей.

«Среди тех, кого я знаю, никто не верит эти гадости»

Между тонких стволов корабельных сосен проглядываются столбики-голбцы с фотографиями расстрелянных в Сандармохе людей. Рядом с одним из таких столбиков — женщина в ярко-розовом раскладывает только что привезенные цветы.

«У меня тут дедушка лежит. Я совсем мало знаю о том, что произошло, — рассказывает Людмила Фролова, протирая фотографию красивого молодого мужчины с густыми усами от налипших сосновых иголок. — Знаю только, что 28 декабря 38-го в два часа ночи к ним постучали в дверь, дед мой открыл. „Суханов Михаил Петрович кто?“, он говорит: „Я“. — „Вперед!“. Отец мой, ему всего 11 лет тогда было, говорит, что деда в полуголом виде увели — пришли ночью, он не успел даже ничего накинуть на себя. Той ночью они видели его в последний раз. Вот таким он был, когда его забирали».

Чтобы подойти поближе к столбику, Людмиле приходится перешагивать через ряд уложенных кругом камней — так в Сандармохе обозначают расстрельные ямы, по которым Дмитриев в 1997 году и обнаружил массовое захоронение. Женщина аккуратно наступает на край могилы, поправляет цветы, и будто извиняясь за неудобство, возвращается на прежнее место.

«До 1994 года мы вообще не знали, где наш дед — кто увел, куда, что с ним — ничего. А в 94-м я выписывала газету „Комсомольская правда“, и вдруг приходит такая газета толстенная — думаю, что такое? Прямо журнал какой-то. Открываю — а там списки реабилитированных. Я все бросила, давай читать. И вот он — Суханов Михаил Петрович, старший мастер „Онегзавода“, — Людмила показывает мне лист из той самой газеты и проводит пальцем по несколько раз подчеркнутой строчке. — Русский, беспартийный. Расстрелян 8 января».

Людмила Фролова возле таблички с фотографией своего деда, расстрелянного в Сандармохе. Фото: Анна Ревоненко / МБХ медиа

«Я как увидела фамилию деда — у меня истерика. Папа мой всю жизнь жил и говорил: „Господи, только бы умереть мне не сыном врага народа, только бы увидеть отца в списках реабилитированных“. И не дожил он до этой газеты три месяца».

— А как вы узнали, что ваш дед лежит именно здесь?

— Спустя несколько лет мы с сестрой в Петрозаводске приехали к Юрию Алексеевичу Дмитриеву, знаете такого? Он нам выдал книги памяти, объяснил, куда ехать. Вот навещаем каждый год, порядок наводим. На следующий год надо бы здесь небольшую скамейку поставить.

Вместе с Людмилой приехали внуки — они сидели неподалеку на стволе упавшей сосны. За ними лежал еще один ствол, и еще, и еще. Упавшие здесь деревья так и остаются лежать на земле: в Сандармох приезжают в основном пожилые — ближайшие родственники убитых здесь людей, своими силам убрать валежник у них не получается.

«Обидно, что вокруг Дмитриева собирают такие гадости, — продолжает Людмила. — Я многих знаю, кто сюда ездит, мы каждый год видимся, здороваемся общаемся — и вот никто из них в это не верит. Человек сделал такое великое дело — открыл людям правду, рассказал об убитых родственниках, а его еще обвиняют. Видимо, кому-то не на руку оказалась эта правда».

Александр Архангельский и Александр Даниэль во время митинга на дне памяти в Сандармохе. Фото: Анна Ревоненко / МБХ медиа

«Он чувствует себя прекрасно, конечно, насколько это вообще возможно»

На открытом пространстве возле часовни тем временем уже шел традиционный митинг памяти. На небольшом деревянном возвышении выступал писатель и публицист Александр Архангельский, член правления общества «Международный Мемориал» Александр Даниэль, соруководитель петербургского «Мемориала» Ирина Флиге, депутат законодательного собрания Санкт-Петербурга Борис Вишневский, директор Музея истории ГУЛАГа и Фонда «Увековечения памяти жертв политических репрессий» Роман Романов. Голоса выступавших доносились из маленькой портативной музыкальной колонки бирюзового цвета — студенты Московской международной киношколы, давние друзья Юрия Дмитриева и постоянные участники памятных мероприятий в Сандармохе и Красном бору, предусмотрительно привезли с собой ноутбук, микрофон, переносную колонку и всю необходимую аппаратуру.

«Как и в прошлом году я очень хорошо представляю, что папа чувствует сейчас, — взяла слово Катерина Клодт. — Эти два дня — 4 августа — это Красный бор, 5 августа — это Сандармох, это его детища, и конечно же, он переживает, как здесь все проходит. Я надеюсь, что в следующем году он будет здесь с нами, и мне не придется выступать за него. Я буквально на днях была у папы, нам удалось с ним поговорить. Он чувствует себя прекрасно, конечно, насколько это вообще возможно в такой ситуации. Он передавал всем огромный привет и низкий поклон, за то, что дело, которым он занимается, не забыто. Спасибо вам огромное».

После митинга — традиционное возложение цветов. Сандармох регулярно посещают официальные делегации из Финляндии, Германии, Украины, Польши, Эстонии и США, представители многочисленных диаспор и национальностей, и этот год для них не был исключением.

Об опасности, которая нависла над Сандармохом собравшимся рассказал Анатолий Разумов. В конце августа на территорию мемориального кладбища приедет поисковая экспедиция Российского военно-исторического общества. Намерения «историков Мединского» провести собственное исследование на месте массовых расстрелов вызывают опасения у всех, кто так или иначе причастен к судьбе Сандармоха. Связано это, в первую очередь, с недавними попытками известных карельских историков доказать, что Сандармох — вовсе не место расстрела жертв сталинского террора, а место расправы финских оккупантов над советскими военнопленными.

«Они хотят сделать с Сандармохом то же самое, что сделали с Катынью или захоронением в Медном: выдать одно за другое, спихнуть с себя все преступления: там — на немцев, здесь — на финнов, — объясняет Разумов. — Нет никаких оснований искать там красноармейцев — ни документальных, никаких. Однако эта история параллельна истории ареста и дела Юрия Дмитриева. Они даже свой круглый стол по красноармейцам в Сандармохе провели ровно в тот же день и час, когда мыв июне делали презентацию Юриной книги в Москве. Теперь они могут добиться всего — они получили на это деньги, а потом решат поставить здесь какой-то свой памятник — и скажут: „Ну, а почему бы не здесь?“ Это сейчас самая важная проблема, которая стоит перед нами. После ареста Юры, конечно».

Старшая дочь Дмитриева Катерина Клодт. Фото: Анна Ревоненко / МБХ медиа

«Там, где творится большое зло, обязательно рождается добро и любовь»

Пробираясь между расстрельными ямами и упавшими соснами, студенты киношколы и гости шли от столбика к столбику, время от времени останавливаясь, чтобы прочесть биографии людей, запечатленных на фотографиях. Одни — известные и выдающиеся люди своего времени, другие — самые обыкновенные слесари, лесорубы, механики. «И лучше бы нам о них совсем ничего не знать, чем знать их только из-за такого жесткого убийства», — завершали экскурсию выступающие.

Многие из приехавших в тот день в Сандармох, возможно, так и не узнали бы друг друга, если бы на историка Дмитриева не завели уголовное дело. «Беда, которая случилась с Юрой, объединила так много добрых и прекрасных людей из разных городов России, людей из других стран, вставших на его защиту, выразивших ему свою поддержку, — поделился друг историка Дмитрий Цвибель. — Во мне это рождает надежду, что там, где кем-то творится большое зло, обязательно рождается добро и любовь, которые в итоге победят».

«Победили, отстояли» — именно те слова, которыми друзья Юрия Дмитриева называли приговор Петрозаводского городского суда 5 апреля, и именно то ощущение, с которым все неравнодушные к судьбе Дмитриева завершали этот неравный бой. Как оказалось — ненадолго.

«Нет никакой прямой связи между нашими действиями и тем или иным результатом. — объясняет Александр Архангельский. — В том мире, в котором мы живем этого и быть не может. Но может образоваться случайная связь: когда вы произносите одни и те же слова одним и тем же людям в субботу, в воскресенье, в понедельник — в субботу не подействовало, в воскресенье — тоже, а в понедельник что-то произошло, и к вам прислушались.

Приятно ли это для гражданского общества? Конечно, нет. Но если вы не будете эти слова говорить каждый день, то не наступит день, когда они могут сработать. Это очень плохо, но эта та реальность, в которой мы живем. Страна где нет зрелых институтов, всегда так живет. Но любой день заканчивается и сегодняшний день тоже закончится. Надо помнить, что тo, что мы делаем сейчас, работает на наше будущее".

Все самое важное — в нашем Telegram

У вас есть интересные новости из вашего региона? Присылайте их в наш телеграм-бот.

Читайте нас в Яндекс.Новостях.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

1 комментарий

Правила общения на сайте

  • Геннадий Перечнев

    Очень точны слова о бабочках как людских душах…
    И хочется разделить надежду Дмитрия Цвибеля о том, что Добро непременно победит.
    Свободу Юрию Алексеевичу Дмитриеву !!!

Комментировать

Правила общения на сайте

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Введите поисковый запрос и нажмите Enter.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: