МБХ медиа
Сейчас читаете:
«Если она умрет, кто будет за это отвечать?»: Дорогомиловский суд продлил арест Ани Павликовой

Дорогомиловский районный суд рассмотрел дело о продлении меры пресечения для 18-летней Ани Павликовой — фигурантки по делу «Нового величия», которую обвиняют в создании экстремистского сообщества. На заседании защита настаивала, что у девушки сильные проблемы со здоровьем и просила суд смягчить меру пресечения, отправив ее под домашний арест. Несмотря на все доводы, судья продлила арест еще на месяц — до 13 сентября.

Фото: Елизавета Королькова / МБХ медиа

Поддержать Аню пришли более 60 человек: друзья, родственники, правозащитники и сочувствующие.

На суд привели и саму Павликову: девушка выглядит осунувшейся и болезненной, волосы заплетены в две косички. Ее появление в коридоре суда присутствующие встретили аплодисментами. «Аня, мы с тобой!», «Не бойся!», — кричат из толпы.

Заседание судья Юлия Рудакова начинает с ходатайства следствия о продлении ареста Ани на месяц, до 13 сентября. Судья говорит практически беззвучно, иногда ее просто невозможно понять. Тем не менее, она очень четко отказывает в ходатайстве о переносе дела на завтра, направленном адвокатом Генри Резником, который хотел присутствовать в суде, но не смог.

Рудакова также отказала в требовании вывести Аню из «аквариума», в котором она сидит. Судья говорит, что аквариум «обеспечивает ее безопасность».

Затем слово берет следователь. Вместо обоснования, почему Аню нужно держать под стражей, он начинает перечислять, какие следственные действия уже сделал.

«Почему вы полагаете, что Павликовой нужно продлить срок содержания под стражей с учетом тяжести и ее положительных характеристик?» — спрашивает Рудакова. Следователь запинается и говорит, что обстоятельства дела не изменились. Прокурор поддерживает следователя.

«Прошу изменить мне меру пресечения на любую, не связанную с нахождением под стражей», — говорит Аня практически шепотом и глухо кашляет. Рудакова смотрит на нее почти сочувствующе.

Слово берет адвокат Павликовой Ольга Карлова. Она начинает с того, что справке о том, что Аня здорова, уже три месяца, и что ее самочувствие сильно ухудшилось.

«В отличие от следствия, мы подготовились и принесли уважаемому суду актуальные справки», — говорит Карлова. Защитница предоставляет Рудаковой справки о болезнях Ани, но не озвучивает их из-за медицинской тайны. Будто бы в поддержку слов Карловой Аня в очередной раз глухо закашливается. Защитница просит приобщить характеристики родителей Ани — исключительно положительные. Затем отмечает, что матери Ани, Юлии Павликовой, тоже стало хуже: «Состояние ухудшается с каждым днем, потому что она живет просто на нервах», — говорит Карлова и показывает рукой на Юлию, которая пришла на суд с тростью. Все документы и справки Рудакова приобщает и Карлова начинает свое выступление

«Я, конечно, действую в правовом поле, но скажу как человек. Давайте оторвемся от бумажек и просто посмотрим на эту девушку. — прокурор, следователь, судья, — в первую очередь, мы  — люди. Если вы так хотите, наденьте на нее браслет, дайте ей лечиться, ребенок погибает! Зачем держать в СИЗО?!» — говорит защитница и просит избрать другую меру пресечения. Следователь нервно крутит ручку и смотрит в стол.

Затем слово берет второй адвокат Николай Фомин: «Ничего, кроме слова «тяжесть», я не услышал. Такое слово не является достаточным основанием для продления содержания под стражей. Должны быть и другие доводы». Защитник объясняет, что и на участников процесса Аня не может оказать давления, потому что фигуранты либо в СИЗО, либо являются силовиками. В конце выступления он также просит изменить меру пресечения.

После выступлений защитников Рудакова скучающе перебирает материалы дела, пролистывает множество благодарностей, похвальных грамот и положительных характеристик.

«Моя дочь росла доброжелательным, ответственным и добрым человеком», — начинает выступление отец Ани Павликовой Дмитрий. Он расскывает, как его дочь собирала птенцов, когда из-за дождя упали гнезда; как они вместе поливали засохшие деревья.

«Я хочу обратить внимание, что моя дочь очень серьезно больна. Если она умрет, кто будет за это отвечать? У нее вторая стадия уже. Плюс гинекология, которую застудили и не лечат. А она девочка 18-и лет. Ваша честь, я прошу мою дочь отправить на домашний арест», — говорит Дмитрий. Мать Юлия тихо закрывает лицо руками.

Слово снова берет адвокат Фомин. Он еще раз обращает внимание на то, что у Ани проблемы со здоровьем.

«Ни вам, ни нашим оппонентам не нужна ответственность за это, — говорит Фомин. — Рассудите, пожалуйста, по-человечески». Судья удаляется для вынесения решения.

В перерыве приставы переругиваются со слушателями, Дмитрий показывает Ане «Новую газету» со статьей о петиции в ее защиту. Мать Ани говорит, что собрали уже сто тысяч подписей в ее поддержку.

«Самый главный свидетель этого заседания это Бог. Вот он точно все видит и всех накажет», — говорит старшая сестра Ани Анастасия.

Аня просит привезти себе продукты, Дмитрий записывает все, что надиктовывает дочь через узкую щель «аквариума».

Через несколько минут заходит Рудакова и бубнит решение.

«Говорите громче, ничего не слышно!», — кричат судье присутствующие. Свой голос судья не повышает, но присутствующие отчетливо слышат, что ходатайство защиты о продлении ареста она удовлетворила, а, значит, Аня останется в СИЗО еще на месяц.


Слушатели выходят в коридор и начинают кричать: «Позор!», «Убийцы!». Когда выводят Аню, присутствующие вновь начинают аплодировать. Увидев, как ее дочь уводят, Юлия садится на скамейку и начинает тихонько плакать.


Адвокаты и родители настроены решительно — будут подавать апелляцию и пойдут до Верховного суда.

 

После заседания приставы пытаются задержать парня в футболке «Команда Навального», якобы за то, что он громко кричал. Молодого человека отбивают. Позже станет известно, что задержали одну из слушательниц — Стефанию Ветрову. Приставам показалось, что девушка фотографировала в зале суда, и теперь на нее составляют протокол.

Все самое важное — в нашем Telegram

У вас есть интересные новости из вашего региона? Присылайте их в наш телеграм-бот.

Читайте нас в Яндекс.Новостях.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

4 комментариев

Правила общения на сайте

  • Геннадий Перечнев

    Вспомнились слова из песни к фильму «Семнадцать мгновений весны». Мгновения, действительно, несут кому позор, кому бесславие, а кому — бессмертие. В Историю уже вошёл этот «суд», эти «прокуроры», «судьи», эти палачи. И ничего, кроме бесславия и позора, они в Истории не оставят.
    Но у людей, идущих за нами, будет говорящий обо всём документ. Документ о времени и эпохе, когда нормой было растаптывание Личности, когда государство издевалось над детьми. Общество в современной Германии осознало и осудило своё прошлое. Они помнят, чтобы не повторилось. Так и, в том числе, эта человеческая трагедия будет напоминать нашим потомкам — как жить нельзя и чего нельзя допустить снова.
    Сестра Ани Анастасия сказала, что «главный свидетель это Бог». В этих словах огромный смысл, наверное, полностью понятный, лишь, глубоко верующим людям. Смысл не только в том, что Бог всё видит и всем воздаст, но и в том, что Бог — это Любовь и Добро. Они обязательно победят.
    Свободу Анне Павликовой !!!

    • Екатерина

      Петицию подписала так: «Я — сестра известного художника Евгения Ухналёва, которого в 1948 году в возрасте 17 лет прямо со школьной скамьи загребли на Шпалерную за то, что он якобы в составе террористической группы рыл тоннель из Ленинграда под Мавзолей с целью убийства Сталина. Да, да, я тоже долго не могла поверить в то, что такой бред действительно был сфабрикован и никто за него не понёс ответственности. Однако это таки было https://echo.msk.ru/sounds/1 616 108.html. Брата сначала приговорили к расстрелу, но потом „пожалели“ и заменили расстрел на 25 лет лагерей. Если бы Сталин не умер, умер бы брат. Хотелось бы много ещё написать, но здесь, наверное, формат не позволит.
      Недавно у нас нагрянули с обыском к одному анархисту. Я его немного знаю по общественной работе. Нормальный парень. Компромата не нашли, но издевались над ним и пытали. Пришлось писать по этому поводу жалобы. По-моему, так никто ничего и не расследует. В общем, всё, как при Сталине:-((… А анархист уехал из Севастополя в Италию, попросив там политического убежища. Мало того, что лучшие учёные бегут, так теперь страну покидают просто хорошие люди.
      Разумеется, петицию я подписываю, но что пожелать этим девочкам и их родителям, не знаю. Ситуация тяжёлая. Лично у меня настроение ужасное. Жить ТАК не хочется, а что-то изменить не получается. Но мне кажется, всё равно надо стоять на своём, как мы 23 года стояли на своём при Украине. Хотя, конечно, легко говорить, сидя дома на диване…»

  • Екатерина

    Я — сестра известного художника Евгения Ухналёва, которого в 1948 году в возрасте 17 лет прямо со школьной скамьи загребли на Шпалерную за то, что он якобы в составе террористической группы рыл тоннель из Ленинграда под Мавзолей с целью убийства Сталина. Да, да, я тоже долго не могла поверить в то, что такой бред действительно был сфабрикован и никто за него не понёс ответственности. Однако это таки было https://echo.msk.ru/sounds/1 616 108.html. Брата сначала приговорили к расстрелу, но потом «пожалели» и заменили расстрел на 25 лет лагерей. Если бы Сталин не умер, умер бы брат. Хотелось бы много ещё написать, но здесь, наверное, формат не позволит.
    Недавно у нас нагрянули с обыском к одному анархисту. Я его немного знаю по общественной работе. Нормальный парень. Компромата не нашли, но издевались над ним и пытали. Пришлось писать по этому поводу жалобы. По-моему, так никто ничего и не расследует. В общем, всё, как при Сталине:-((… А анархист уехал из Севастополя в Италию, попросив там политического убежища. Мало того, что лучшие учёные бегут, так теперь страну покидают просто хорошие люди.
    Разумеется, петицию я подписываю, но что пожелать этим девочкам и их родителям, не знаю. Ситуация тяжёлая. Лично у меня настроение ужасное. Жить ТАК не хочется, а что-то изменить не получается. Но мне кажется, всё равно надо стоять на своём, как мы 23 года стояли на своём при Украине. Хотя, конечно, легко говорить, сидя дома на диване…

  • Евгений Евдокимов

    Силовики суки!

Комментировать

Правила общения на сайте

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Введите поисковый запрос и нажмите Enter.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: