МБХ медиа
Сейчас читаете:
Заложник Олег Геннадьевич Сенцов. Зоя Светова — об отсутствующем милосердии Кремля

Заложник Олег Геннадьевич Сенцов. Зоя Светова — об отсутствующем милосердии Кремля

Сегодня украинский омбудсмен Людмила Денисова опубликовала у себя в ФБ фотографии Олега Сенцова, которые сделал уполномоченный по правам человека Ямало-Ненецкого округа в ИК-8 поселка Лабытнанги.

На фотографиях  — Олег. Очень сильно похудевший с непривычно грустными глазами. Первое впечатление  — заложник. Он голодает уже почти три месяца и на днях передал через адвоката письмо двоюродной сестре Наталье о том, что «конец близок». Адвокат Динзе, вернувшись со свидания с Олегом подтвердил, что его состояние сильно ухудшилось. Но, несмотря на все письма и просьбы друзей прекратить голодовку, он останавливаться не собирается. Похоже, этот случай, когда повлиять на него никто не сможет. Рассказ адвоката и слова Олега о том, что «конец близок», заставили ФСИН дезавуировать катастрофические сообщения — видимо, в колонию срочно был вызван уполномоченный по правам человека Ямало-Ненецкого округа, который его и сфотографировали. А люди из аппарата омбудсмена Москальковой переслали эти фотографии ее украинской коллеге. Фотографии должны вселить уверенность в том, что Сенцов жив, что он может стоять на ногах и по всей видимости, еще не умирает.

«Все под медицинским контролем, состояние Сенцова удовлетворительное», — уверял меня вчера чиновник тюремного ведомства.

Но фотографии Олега и заверения высокопоставленного чиновника из ФСИН не вселили оптимизма. Поразили глаза Сенцова. Он измучен голодовкой и очень устал.

Заявления пресс-секретаря президента о том, что прошение мамы Сенцова поступило в Кремль, но неизвестно, когда по нему будет принято решение — та же дымовая завеса, что и заявления ФСИН России о стабильном состоянии Сенцова, опубликованные сегодня в агентствах.

Президент Франции Эмманюэль Макрон, на которого во Франции оказывается беспрецедентное давление со стороны французских интеллектуалов, собирается завтра говорить по телефону о Сенцове с Владимиром Путиным.

Все вышеперечисленное — кусочки трагического пазла, который никак не удается собрать. Почти 90 дней бессрочной голодовки Сенцова, небывалая мобилизация на Западе, в Украине, пикеты и открытые письма в защиту Сенцова в России не дают эффекта.

Почему? Почему Путин, единственный человек, который может решить судьбу украинского режиссера и других украинских политзаключенных, не торопится?

Ему докладывают, что Сенцов в ближайшие дни, недели не может умереть? Или Путина не беспокоит, что Сенцов умрет: мол, сам виноват, а на шантаж мы не поддаемся?

А, может, правы те, кто считает, что из-за международного резонанса «цена Сенцова» так возросла, что Кремль ждет интересных для него предложений, и ни Украина, ни Запад не могут удовлетворить его аппетиты?

Сенцов — настоящий заложник и необходимо обладать навыками профессиональных переговорщиков, чтобы убедить Путина отпустить его в обмен на то, чтобы его устроило.

А вот что бы его устроило?

Похоже, российские военнослужащие, отбывающие наказание в Украине, на которых Киев готов менять и Сенцова и других своих политзаключенных, не интересуют Кремль. Во всяком случае, мы не видим никакого активного движения за их освобождение. Молчат русские патриоты типа Захара Прилепина, Сергея Шаргунова и других, которые вполне могли бы возглавить движение за спасение россиян из украинского плена и их обмен на украинцев.

За освобождение Сенцова в России активно борются всего несколько десятков человек, спасаясь таким образом от жуткого чувства стыда, не желая безучастно наблюдать за «смертью в прямом эфире», не в силах ничего изменить.

Но ведь история Сенцова — это не просто история конкретного украинского кинорежиссера, которого посадили на 20 лет за то, что он был против аннексии Крыма. Это история и про губернаторов Гайзера и Белых, про бизнесменов братьев Магомедовых, про Кирилла Серебренникова — про весь судебный и правовой беспредел в России. Неужели те, кто сегодня сотрудничает с властью, не понимают, что однажды подобное может коснуться и их? Неужели они не понимают, что за возможную гибель Сенцова несет ответственность не только Путин, но и каждый, кто мог, но ничего не сделал, чтобы его спасти? Неужели рядом с российской властью не осталось ни одного вменяемого человека или хотя бы человека с воображением, чтобы попробовать чуть-чуть сдвинуть Кремль и его обитателей к пониманию , что милосердие — это не проявление слабости. А наоборот — демонстрация великодушия и силы.

Но когда я в стодесятый раз пишу о милосердии, которое для Путина не существует, приходит срочная новость о том, что суд оставил под арестом 18-летнюю фигурантку дела «Новое величие» Анну Павликову, несмотря на то, что с просьбой изменить ей меру пресечения на домашний арест в суд обратились омбудсмен Татьяна Москалькова и глава СПЧ Михаил Федотов.

После таких решений у меня всегда возникает один и тот же вопрос: почему бы нашим омбудсменам не выйти с пикетом к администрации президента? Их просьбы игнорируются, их не слышат ни суды, ни президент. Почему они все это терпят?

Они — такие же заложники системы, как и мы все. Они не умеют сопротивляться.

И только Олег Сенцов, хоть и в тюремной робе, хоть и заложник, дарит нам пример сопротивления. Он и правда готов идти до конца. Это не фигура речи.

Об этом говорят его глаза…

Все самое важное — в нашем Telegram

У вас есть интересные новости из вашего региона? Присылайте их в наш телеграм-бот.

Читайте нас в Яндекс.Новостях.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

2 комментариев

Правила общения на сайте

  • Эти люди из ФСИН и их вышестоящие покровители напоминают таких хладнокровных экспериментаторов, нашедших для себя в лице Олега Сенцова интересный объект наблюдений о том, как постепенно умирает человек от голодовки. Они, вероятно, ведут тщательный дневник о том, как ухудшается состояние голодающего, выдвигают гипотезы о том, какие органы откажут первыми. Если Олег умрёт, они всё оформят, зафиксируют и, возможно даже, какой-нибудь из этих экспериментаторов напишет научную работу по теме смерти от голодовки в условиях ФСИН.
    Сделают выводы о том, на каком этапе нужно связывать голодающего и начинать его принудительно кормить, чтобы он не умер. В современной России такого рода эксперимент представляет несомненную ценность для власти, желающей показать всем возможным последователям Олега, что голодовками вы ничего не добьётесь, даже и не пытайтесь.

  • Геннадий Перечнев

    Считаю, что, как и в случае с Аней Павликовой, это «обыкновенный фашизм». Всё больше людей в комментариях, дискуссиях пишут, что мы не на пути к нему, он уже здесь. А как иначе назвать презрение к самОй человеческой жизни, как иначе назвать презрение и насмешку над общечеловеческими нормами, как иначе назвать инструмент заложничества и торговли людьми, который взят на вооружение государством?
    Также всё больше и больше людей говорят о том, что в самом прямом смысле невозможно находить нужные слова, чтобы выразить то, что чувствуешь…
    Взывать к милосердию т.н. президента глупо, ему это незнакомо и чуждо. Но хочется верить, что Олег выживет и победит. Что мольба и слёзы Матери и сегодняшнее вмешательство Макрона дадут плоды…

Комментировать

Правила общения на сайте

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Введите поисковый запрос и нажмите Enter.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: