МБХ медиа
Сейчас читаете:
Повторит ли Олег Сенцов судьбу Анатолия Марченко?

Повторит ли Олег Сенцов судьбу Анатолия Марченко?

Когда я пишу этот текст, в ямальской колонии в одиночке держит голодовку украинский кинорежиссер Олег Сенцов. Идет уже вторая неделя, а Олег голодает бессрочно. Его адвокат Дмитрий Динзе и сестра Наталья Каплан говорят, что Сенцов «пойдет до конца». То есть, пока не будут выполнены его требования: освобождение 64 украинских политзаключенных, отбывающих наказание в России.

Последний раз я разговаривала с Олегом по телефону два месяца назад — это было возможно, благодаря услуге ФСИН «Родная связь» — заказываешь с воли разговор с осужденным и в определенный день и час раздается звонок. Олег позвонил мне, когда я была в Петрозаводске у Юрия Дмитриева — это было последнее заседание суда перед приговором.

О деле Дмитриева Сенцов слышал, читал в «Новой газете», единственном СМИ, которое он выписывал. Он тогда сказал очень уверенно: «Дмитриева, конечно, не посадят. Передай привет!» Привет я передала, а вот оптимистическим прогнозом не поделилась. С некоторых пор стараюсь сама ни на что хорошее не надеяться и никого не обнадеживать. Чтобы не было жестоких разочарований.

Час «Икс» для голодовки

Для меня, как и для многих, решение Олега объявить бессрочную голодовку стало неожиданностью. Хотя, как я теперь понимаю, он все последние месяцы к этому готовился, и не только морально, но и физически. Он постепенно сокращал свой рацион, чтобы как можно дольше выдержать голодовку.

Олег очень надеялся, что его обменяют на российских граждан, осужденных в Украине. Он ждал этого почти три года. Сразу после приговора. Думаю, переживал, что время идет, но нет никакого движения к освобождению. Путин, между тем, помиловал Надежду Савченко, украинских политзаключенных — подельника Сенцова по «крымскому делу» Геннадия Афанасьева и обвиненного в шпионаже 73-летнего директора военно-оборонного завода в Полтаве Юрия Солошенко.

Казалось, что потеряв надежду на скорое освобождение, Олег впал в депрессию, он отказался от свиданий с родными, потому что расставание после этих свиданий казалось ему еще более невыносимым, чем четыре года тюремной разлуки и перспектива 16 летнего срока.

Но, как я теперь понимаю, это была не депрессия, Олег копил силы, не желая разменивать их на громкие заявления или на рассказ о своих переживаниях. Он совершенно осознанно выбрал час «икс» — объявил голодовку за месяц до чемпионата мира по футболу. В последнем телефонном разговоре с матерью Сенцов просил ее не переживать, «если с ним что-то случится».

Важно понимать, что в отличие от Надежды Савченко, которая за время предварительного следствия и суда голодала несколько раз и каждый раз протестовала против решений следствия и суда, касающихся ее лично, Сенцов не говорит о себе — он голодает за свободу других, за освобождение всех украинских политзаключенных. Когда я посещала Олега в СИЗО, он никогда ни на что не жаловался. Единственный раз он попросил перевести его из самой темной в Лефортовской тюрьме камеры, где он просидел несколько месяцев, потому что у него стало очень серьезно портиться зрение. Он объяснил, почему так долго молчал: «Я не хотел, чтобы вместо меня страдал кто-то другой. Но больше не могу». Его перевели в другую камеру.

И вот теперь получается, что жизнь Олега Сенцова и судьба украинских политзаключенных зависит от нас. От тех, кто на свободе. От того, как мы сможем достучаться до сильных мира сего, чтобы они достучались до Путина. Ведь очевидно, что судьбу Сенцова может решить только Путин.

Фото: Askold Kurov / Facebook

Дежавю

Как только стало известно о решении украинского кинорежиссера, многие вспомнили голодовку в Чистопольской тюрьме советского диссидента Анатолия Марченко. Он объявил ее 4 августа 1986 года. Главным условием было освобождение всех советских политзаключенных. Держал он голодовку 117 дней, хотя его уже кормили принудительно. Вышел он из голодовки 28 ноября.

«Существует несколько свидетельств о том, что в конце ноября к Марченко в тюрьму приезжал из Москвы какой-то важный начальник, точно не по тюремному ведомству и не из КГБ, который дал ему заверения о скором начале освобождения политзаключенных; кроме того, незадолго до известия о его смерти семья получила от Толи нелегальное письмо о том, что он скоро будет в ссылке», — рассказал мне историк диссидентского движения Александр Даниэль.

Марченко умер 8 декабря 1986 года в тюремной больнице, куда его перевели, когда ему стало совсем плохо. В справке о смерти тюремные врачи указали причину: «острая сердечно-легочная недостаточность».

Через неделю после гибели Марченко Михаил Горбачев позвонил академику Андрею Сахарову в Горький, где тот был в ссылке, и предложил ему вернуться в Москву.

Сахаров рассказал Горбачеву о гибели Марченко и попросил его освободить всех политзаключенных. В феврале 1987 года первые политзаключенные начали выходить из колоний.

Александр Даниэль говорит, что тогда было ощущение, будто бы Марченко своей гибелью заставил Горбачева выпустить Сахарова из горьковской ссылки. Сейчас, после изучения архивных документов, ситуация видится немного иначе: да, гибель Марченко ускорила и возвращение Сахарова и освобождение советских политзаключенных, но вопрос о Сахарове был решен на Политбюро еще до гибели Марченко. Александр Даниэль напоминает, что в то время, в середине 1986 года, прекратились политические аресты. И, может быть, Анатолий Марченко, выбирая время своей голодовки и внимательно читая газеты, понимал, что, объявив эту бессрочную голодовку, он сможет достичь цели.

Что же на самом деле думал Марченко, почему он прекратил голодовку и как он умер, мы, наверное, никогда не узнаем. В 1986 году колонии были гораздо более закрыты, чем сегодня. За все время голодовки жене Марченко Ларисе Богораз ни разу не дали свидания с мужем, адвокат к нему не ездил и информацию о том, что с ним происходит, семья получала лишь из редких писем, которые Марченко удавалось передать нелегально. Именно из такого «левого» письма его семья узнала, что Анатолий начал бессрочную голодовку.

Как советское гражданское общество пыталось спасти Анатолия Марченко? Как ни странно, практически так же, как и сейчас — спустя 32 (!) года.

Лариса Богораз сообщила новость о голодовке мужа иностранным журналистам, на Западе началась большая кампания в его защиту. Людмила Алексеева тогда уже жила в США и активно боролась за освобождение Марченко.

В октябре-ноябре 1986 года на Ларису Богораз «выходили» люди из КГБ, они предлагали ей эмигрировать вместе с мужем, но в свиданиях с ним по прежнему отказывали. Жена Марченко обращалась к Горбачеву, писала в президиум Верховного совета СССР с просьбой о помиловании мужа.

Спасти Сенцова

А что происходит сейчас? Какие средства защиты Сенцова есть в распоряжении тех, кто следит за его судьбой? Тогда информацию о голодовке можно было передать лишь иностранным корреспондентам, отечественные СМИ ни о чем подобном писать бы не стали. Сегодня, в мае 2018 года, новости о голодовке Олега Сенцова публикуют интернет-СМИ, о ней говорят «Эхо Москвы», телеканалы «Дождь» и «RTVI». Деятели культуры, правозащитники, политик Григорий Явлинский пишут открытые письма в его защиту.

Очень трогательно Олега Сенцова поддержал его «подельник» - Александр Кольченко, который отбывает десятилетний срок по «крымскому делу» в челябинской колонии. Кольченко написал Сенцову письмо поддержки и обратился к президенту Владимиру Путину с просьбой освободить Олега и не допустить его гибели.

Большие надежды как и тогда, в 1986 году — на западных лидеров. Защитники Сенцова надеются на Ангелу Меркель и Эмманюэля Макрона. И ищут переговорщика между российскими и украинскими лидерами, который смог бы найти взаимовыгодную «цену» для освобождения крымского кинорежиссера.

Украинская власть, как говорит сестра Олега Сенцова Наталья Каплан, на все ее вопросы отвечает: «Мы работаем над этим и решаем вопросы, все остальное - тайные переговоры». Наталья добавляет, что подобное она слышит уже четыре года и не очень верит в эффективность такой «работы» — в Украине до сих пор нет специального уполномоченного по правам политзаключенных, содержащихся в России.

Все это, вместе взятое, кажется ужасным. Получается, что прошло больше тридцати лет, а ситуация почти не изменилась, а в чем-то стала даже хуже.

Ведь сажать за политику в России не перестали, как тогда в Советском Союзе. Мы так же бессильны спасти политического узника, голодающего за свободу других политзаключенных.

Мы можем лишь ужасаться в Фейсбуке и надеяться на чудо.

Все самое важное — в нашем Telegram

У вас есть интересные новости из вашего региона? Присылайте их в наш телеграм-бот.

Читайте нас в Яндекс.Новостях.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

5 комментариев

Правила общения на сайте

  • Иван

    Пусть сидит

  • Геннадий Перечнев

    Ужасные и точные параллели. Можно ли было подумать 32 года назад, что подобное вернётся ?.. Как будто не было ни перестройки, ни завоеваний 91 года. Нет сейчас и условного Горбачёва. Александр Кольченко, как академик Сахаров в 1986, обращается к т.н. президенту. Его шаг благородный, попытка использовать шанс. Только есть ли благородство у его адресата? Милосердие, просто сердце? Для многих этот вопрос риторический.
    Не дай Бог, чтобы подвиг Олега Сенцова закончился так, как подвиг Анатолия Марченко. И глубоко в душе хочется надеяться ещё на одну параллель — именно Поступок Анатолия Марченко привёл не просто к звонку Горбачёва Сахарову, но и коренным изменениям в стране.

  • Artanis

    иван, сядь ты вместо него- и сиди пожизненно: он Миру нужен- а ты- нет

  • Наталья

    Товарищ, верь, взойдёт она — звезда пленительного счастья. Россия вспрянет ото сна! И на осколках самовластья напишут наши имена!

  • Дмитрий

    А где тут политика? Он же террорюга, пущай на нарах отдыхает.

Комментировать

Правила общения на сайте

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Введите поисковый запрос и нажмите Enter.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: