МБХ медиа
Сейчас читаете:
«Они в лучшем мире, а нам еще нужны испытания»: выживший в теракте в Беслане о своей борьбе с онкологией

1 сентября 2004 года Сослан Кануков, он же Кана, должен был отпраздновать начало нового, седьмого учебного года в бесланской СОШ № 1. В 13 лет он пережил теракт, а в 23 у него обнаружили неоперабельный рак печени. Врачи сделали пересадку, но через два года ремиссии метастазы обнаружили уже в легких, а потом и в головном мозге: ухудшилось зрение, стало сложнее формулировать мысли. Кана рассказал «МБХ медиа» о своих мечтах, радостях и переживаниях.

В конце интервью вы найдете информацию о том, как ему можно помочь. Кане нужны деньги на лечение.

— Что бы вы хотели изменить в Беслане?

— Очень больно каждый день видеть эти разрушенные стены. Я был бы очень рад, если бы здание, грубо говоря, снесли и сделали какой-нибудь детский парк, чтобы детки там радовались. А рядом был бы памятник или фонтан, ведь люди три дня там умирали без воды. То есть сделать это таким местом, где человек мог бы испытывать немного меньше боли. Естественно, никто никогда не забудет, что там было, но так было бы немного легче.

Я не сужу ни в коем случае, я не имею на это права, но бывает, что с 1 по 3 сентября организации отправляют людей в школу — как на выборы, знаете. Это в любом случае общая боль для Осетии, но неискренность видно. Пусть начальники не отмечаются, отправляя людей, а организуют парк или что-то в этом роде, это будет не так дорого, думаю, в Беслане бы поддержали эту идею.

Траурные мероприятия в годовщину теракта в Беслане на территории мемориала памяти жертв. Фото: Заур Фарниев / Коммерсантъ

— Как вы узнали о своем диагнозе?

— Я недоношенный. Примерно в два года у меня обнаружили вирус гепатита B, с ним я жил нормально, меня это абсолютно не волновало, знали только самые близкие. Потом в 2014-м обнаружили онкологию, сделали пересадку части печени в институте Склифосовского. Должны были взять у одного из братьев, но они не подошли, и взяли у человека, который ушел из жизни — он подарил жизнь мне. Я шучу, что мой старший брат нашел бомжа и забрал у него печень, а люди верят. Я очень веселый парень, чтоб вы знали.

После этого два года вообще не беспокоился, а потом нашли новообразование в легких. Химиотерапию было нельзя делать, потому что после пересадки органов надо каждый день пить иммунодепрессанты и печень могла не справиться. Поэтому химию делали в форме таблеток. Она не помогла. Раз шесть ездил в Израиль, из них четыре раза для облучения легких и головы.

— Сейчас вы во Франции?

— Да, сейчас я во Франции. 31 августа у меня, дай Бог, должна быть первая химиотерапия. Молюсь.

— Почему вы лечитесь не в России?

— В России не согласились. Побоялись, может быть, брать на себя ответственность. Они отличные врачи, но сказали, что не будут проводить лечение. Неизвестно, что будет сейчас. Это риск, но я на него иду, потому что так надо, я в это верю, верю, что получится, много людей помогают и тоже верят, так что — вперед, только вперед.

В 2017 году Кане срочно потребовались деньги на лечение в Израиле. Необходимые 9 миллионов рублей собрали за месяц. Сослана не оставили в беде и дети Беслана: все бывшие заложники собрались и записали видео для поддержки и сбора средств.

— Кто в вашей группе поддержки?

— Семья, друзья. Друзей очень много. Я бы хотел поделиться с вами историей о школьном друге. Их у меня очень много, одноклассников и друзей, но соседей было немного. Представьте, на одной улице живут четыре друга, один из них ушел. С тех пор каждый день я вижу, как его мама проходит мимо и смотрит на меня. Я знаю его отца, сестер, он был единственный сын. По глазам его матери я вижу, что она смотрит ни в коем случае не с завистью, что я жив, а он нет. Нет, она смотрит и представляет, какой был бы ее сын сейчас? Я уже с бородой, волосы повыпадали. Ей бы тоже хотелось увидеть своего сына, ей больно.

Тогда в августе, перед этим событием, мы хотели сделать карт, знаете, такие маленькие машинки? Мы хотели собрать свой. Залезли в соседнюю школу и украли несколько запчастей. Я был на шухере, а ребята залазили. Ну, сколько нам было? Шестой-седьмой класс, маленькие ребята. После этого мы зашли к нам домой, у нас частный дом. Нас попросили собрать слив. Мы собрали несколько ведер, тетя и мама сварили компот. Через пару дней мы пошли в школу 1 сентября.

Он не выжил, я выжил.

Больно, когда ты в 13−14 лет был на похоронах чаще, чем в более взрослом возрасте. У нас обычно массовые похороны. Его опознали, и мы пришли как друзья. Обычно накрывают стол, два пирога. Сперва, знаете, не думаешь, можешь даже где-то улыбнуться, засмеяться. Я помню его заплаканных отца, маму, сестер. Принес им тот компот, который мы вместе, буквально пару дней назад, собирали. Его родители чуть с ума не сошли. Я запомнил это навсегда. Возможно, все мы после этого случая чокнулись, я так считаю, потому что я точно ненормальный после этого.

Я верю, что все они в лучшем мире, а нам еще нужны испытания, нужно жить, проживать что-то за них, что-то за себя.

— Болезнь вы тоже воспринимаете как испытание, через которое вам необходимо пройти?

— Да. Я ни от одной ситуации, которая со мной произошла, не отказываюсь, я бы ничего не поменял, это 100%. Ни от онкологии, ни от школы я никогда не откажусь, потому что я не знаю, кем бы я был без них, а мне нравится, кем я являюсь.

Сослан Кануков с коллегами по проекту «Хата». Фото: reloveproduction / Instagram

— Что вас особенно радует в последнее время? Чем увлекаетесь?

— Раньше я не думал ни о каком творчестве, ни о какой активности, сейчас мне все очень интересно, много дел, которыми я бы хотел заняться и уже занимаюсь. Стараюсь больше радоваться жизни, хочу творить. Рисую, хоть и не умею, сделал пару картиночек: что-то помнил с детства, что-то просто бессмысленная фантазия. Начал играть в шахматы, хочу получить какой-нибудь разряд.

Мы с ребятами начали проект «Хата». Видели наши блоги? Это мои прекрасные друзья, очень меня поддерживают. А Стас, мой старый друг, мы из одного города, записывает рэпчик, я иногда пробую что-то с ним. Вчера вот взял блокнот, буду записывать: он мне бит какой-нибудь, а я пою сразу, что придумываю. Такой бред, на самом деле. Но будет лучше, обязательно как-нибудь вам покажу.

Наш друг Кана нуждается в помощи. В 2004 году он прошёл теракт в Беслане, а с 2016, после пересадки печени, борется с онкологией. Сейчас он на лечении за границей, потому что в нашей стране ему в нем отказали. Нужны деньги… Но не только они. Здесь в Хате @reloveproduction мы поняли, что деньги — это далеко не главное, даже в таких ситуациях. Главное найти то, что любишь и делать это с тем, кого любишь. Мы знаем, что творчество спасёт мир, а значит, и жизнь. Потому что когда ты делаешь что-то важное для других, у тебя появляется смысл и желание жить. Этот проект для Каны — есть его творчество. Наверное, первое, что он вообще стал делать в своей жизни… то, что дало ему смысл жить. Он здесь, с вами и для вас. И мы хотим, чтоб он знал это и чувствовал вашу поддержку. Мы просим вас, наших подписчиков, поддержать его в этом. Своими комментариями и репостами. Наверное это самая посильная помощь для каждого. А тем, кто может помочь деньгами, мы будем благодарны, если вы перечислите деньги его маме — Кануковой Азе Хазбиевне. Номер Карты Сбербанка: 5 469 380 080 493 785 Расчётный счёт: Аза Хазбиевна К. Номер счета карты: 40 817 810 638 180 458 496 Банк получателя: Сбербанк России БИК: 44 525 225 Корр. счет: 30 101 810 400 000 000 000 ИНН: 7 707 083 893 КПП: 773 643 001 Спасибо что вы с нами. 🙏🏼🙌🏻💜 #reloveproduction #relove #ХАТА

Публикация от Relove Production (@reloveproduction)

— Вам часто пишут слова поддержки люди, которых вы не знаете?

— Первое время сходил с ума от сообщений «Давай, держись!», потому что люди знали то, что я хотел бы скрыть. Снова преодоление, испытание. Потом пришло смирение, и сейчас все совсем наоборот. Теперь я отношусь к этому с любовью. Самое главное — побольше любви ко всему и ко всем.

— Вам бывает страшно, учитывая то, что вы пережили?

— Мне бывает страшно, как и любому человеку. Завтра у меня химиотерапия, которую я никогда не делал. Знаете, бывает страх, когда ты хочешь обнять маму и стать маленьким ребенком. Но я же не маленький ребенок. Это не страх. Я поступаю осознанно, испытываю волнение. Я четыре года с онкологией, да, у меня бывает волнение, но я чувствую, что Бог меня поддерживает, что вера сильнее. А без нее очень сложно: ты понятия не имеешь, что произойдет, но веришь, что все будет, как нужно. Мне не так важно, как все может быть. Моя вера сильна.

Я был на Каширке (Национальный медицинский исследовательский центр онкологии им. Н.Н. Блохина в Москве. — «МБХ медиа»). Заходишь туда и видишь в глазах людей что-то вроде смерти. Я понимаю каждого из них, у меня такая же болячка, но по большей части у них нет жизни. Мне кажется, если здоровому человеку сказать: «У тебя рак» — через год он появится: человек сам так себя загнет, что сам себя же и убьет. Я от этого избавляюсь. Как говорится: «Пусть мой враг будет страшен и силен, ибо, когда я поборю его, мне не будет стыдно».

— О чем вы мечтаете?

— О чем я мечтаю? (Долгая пауза). В моих мечтах нет ничего конкретного. Я очень мечтаю о любви, делиться ею, как делятся со мной. И хочу починить домик в горах в Даргавсе. Отец когда-то купил и не до конца его оформил. Еще хочу сделать там что-то вроде ашрама (древнеиндийский храм, обитель мудрецов и отшельников. — «МБХ медиа»). Я часто зову туда людей. Хочу много гостей и друзей, нет ничего прекрасней.

Чтобы помочь Кане, вы можете сделать денежный перевод на карту его мамы Кануковой Азы Хазбиевны: 5 469 380 080 493 785 («Сбербанк»). Если найдете Сослана в социальных сетях и захотите оставить добрые слова, сделайте это в виде аудиосообщения, так как чтение теперь дается ему с трудом.

Все самое важное — в нашем Telegram

У вас есть интересные новости из вашего региона? Присылайте их в наш телеграм-бот.

Читайте нас в Яндекс.Новостях.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

1 комментарий

Правила общения на сайте

  • Геннадий Перечнев

    «Я очень мечтаю о любви, делиться ею, как делятся со мной.»
    Читая об этом человеке, чувствуешь свет, исходящий от него. По-моему, его не сломила онкология именно потому, что он верующий человек. Он хорошо знает, что физическая смерть это не конец, а начало Жизни. Что земная жизнь временна и бренна, а будущая — подлинная и вечная…
    Он мечтает дарить людям любовь. Это говорит о многом.
    Смотря на кадры, где бывшие дети Беслана поддерживают его, чувствуешь какую-то особую связь времён… Вновь и вновь понимая, что Добро непобедимо.
    Пусть всё будет хорошо у этого светлого человека. И Царствие Небесное всем погибшим в тот день.

Комментировать

Правила общения на сайте

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Введите поисковый запрос и нажмите Enter.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: